Фарид Закария
Десять уроков для мира после пандемии
28.07.2021
рекомендует
Десять уроков для мира после пандемии, автор Фарид Закария | Kyivstar Business Hub, изображение №1
Издательство: W. W. Norton & Company. Год выпуска: 2020

Десять уроков для мира после пандемии

  • Бестселлер The New York Times
  • Эксперты компании Gartner считают эту книгу обязательной для прочтения бизнес-лидерами
  • Издание советует Уолтер Айзексон, автор книги «Стив Джобс»
Рекомендовано Киево-Могилянской Бизнес-Школой
Авторы
Фарид Закария
Дата обзора
28 июля 2021
Слушайте обзор
0:00 0:00

Основная идея

Каждый большой шок вызывает различные последствия, которые зависят от реакции человечества: страха, отрицания или адаптации. Влияние пандемии Covid-19 обусловили как взаимосвязанность современного мира, так и его неготовность к этому кризису. Даже самые богатые страны отреагировали «отключением» общества и экономики, не имеющим прецедентов в истории человечества. И если мы сможем полностью преодолеть эту пандемию, то нам не избежать вспышек других заболеваний в будущем, – уверен Фарид Закария. Следовательно, важно систематизировать полученные знания и опыт, чтобы успешно войти в новый постпандемический мир.

Асимметрия кризисов

Постпандемическая жизнь будет отличаться от допандемической. Даже если экономическая и политическая сферы вернутся к прежнему состоянию, люди – уже не смогут. Мы прошли через сложное испытание, и оно изменило нас.

Автор пишет, что после холодной войны в мире утвердилась новая международная система, которая базировалась на трех силах: американской мощи, свободных рынках и информационной революции. Казалось, что все три силы работают вместе на создание более открытой и богатой жизни. Но в этом новом мире возникали и новые кризисы: война на Балканах, азиатский финансовый кризис, террористические атаки 9/11, глобальный финансовый кризис… А теперь – пандемия Covid-19. Все они разные, но имеют нечто общее – асимметрию. Все они начинались с чего-то малого, а заканчивались огромными волнами, которые затрагивали мир в целом.

Пандемия, наверное, является самым большим шоком из всех перечисленных. Она началась с локальной проблемы в сфере здравоохранения в Китае, но очень быстро превратилась в глобальную катастрофу. И это было только начало: затем страны стали вводить локдауны, экономики останавливались, в медицине произошел коллапс… По некоторым оценкам, экономический эффект от пандемии уже превысил Великую депрессию. Закария уверен, что политические последствия этого кризиса мы будем наблюдать еще много лет. То же самое можно сказать о социальном и психологическом эффекте пандемии. Независимо от того, переболели мы или нет, вирус повлиял на нашу жизнь, и мы до сих пор полностью не осознаем насколько.

Человечество уже представляет угрозу не только для природы, но и для самих себя

С 1990-х каждые несколько лет мир сталкивается с каскадом последствий определенного события. И, скорее всего, так будет и дальше. Эти события не вполне случайны, но обычно и не созданы сознательно. Они словно являются неотъемлемым элементом самой международной системы, выстроенной людьми. Поэтому нам нужно учиться лучше понимать эту систему, чтобы постпандемический мир имел шансы стать лучше прежнего.

 

Десять уроков для мира после пандемии, автор Фарид Закария | Kyivstar Business Hub, изображение №2

Урок 1.
Пристегнуть ремни

Мир, в котором мы жили до пандемии, был открытым, быстрым – и потому нестабильным. Все было взаимосвязано, но никто этого не контролировал. Закария пишет: похоже, что любая система может иметь только две из трех характеристик (открытость, скорость, стабильность).

Наш мир находится на грани: люди живут дольше, тратят больше энергии, производят и потребляют больше товаров и услуг, генерируют все больше отходов. В 2019 году 145 экспертов из 50 стран составили доклад для ООН, в котором сделали вывод: природа приходит в упадок беспрецедентными темпами. Человечество уже серьезно изменило 74% суши и 66% океана. 1 млн видов растений и животных (из существующих в мире 8 млн) находятся под угрозой исчезновения, некоторые исчезнут – в течение следующих десятилетий. Все это представляет немалую опасность, и мы можем даже не осознавать ее масштабов.

Кто-то может сказать, что человечество всегда влияло на природные процессы, и это правда: изобретение колеса, паровой двигатель являются самыми простыми примерами. Однако сейчас все происходит очень быстро. С 1900 года население планеты увеличилось в 5 раз, а средняя продолжительность жизни удвоилась. И мы уже представляем угрозу не только для природы, но и для самих себя. К тому же природа реагирует на человеческую деятельность неприятными для нас способами: от глобального потепления до пандемий.

Тем не менее, Закария верит, что человечество не обречено. То, что мы наблюдаем, должно стать для нас тревожным сигналом и стимулировать к действиям. Вопрос в том, какие именно действия нужны? У нас уже есть некоторые ответы: скажем, хотя мы и не можем полностью остановить глобальное потепление, но способны сдерживать его, внедряя разумные политики (в частности, для контроля выбросов углекислого газа).

Автор приводит такую аналогию: человечество словно создало самую быструю в мире гоночную машину, а теперь ведет ее через неизвестную территорию. Однако мы не оборудовали ее подушками безопасности, не застраховали и даже не пристегнули ремни безопасности. Таким образом, с этого нам и надо начать.

Урок 2.
Качество, а не количество, имеет значение в государственном управлении

В октябре 2019 года Университет Джона Хопкинса выпустил первый глобальный индекс безопасности здоровья (Global Health Security Index) – подробный анализ стран, которые лучше всего подготовлены к эпидемиям и пандемиям. На первом месте находились США. Однако уже в марте 2020-го это казалось жестокой шуткой, потому что страна страдала от Covid-19. К июлю 25% случаев заболеваний приходились на США (в то же время население страны составляет лишь 5% от мирового).

Теоретически США имели множество сильных сторон, но на практике оказалось, что годы доминирования привели к чрезмерному самодовольству. Исследования, подобные проведенному в Университете Джона Хопкинса, фокусировались на сильных сторонах, но упускали из виду слабые. И когда разразилась пандемия, правительство и медицинская система страны оказались не готовы к новым вызовам.

Лучше всего на пандемию отреагировали Тайвань, Южная Корея, Гонконг, Сингапур – то есть небольшие страны. Расходы на содержание правительства в них не очень массивные в отличие от США. В то же время Германия, Дания и Финляндия тоже справились с пандемическим вызовом, но это большие страны. Следовательно, дело не в размере правительства или страны, а в том, насколько эффективно они функционируют.

Одна из главных причин неудачи США, по мнению автора, заключается в том, что эта страна превратилась в «ветократию» (термин Фрэнсиса Фукуямы). Система сдержек и противовесов, воспроизводимая на каждом уровне государственного управления, гарантирует: всегда есть кто-то, кто может заблокировать любое решение. Эта проблема не нова – пандемия только сделала ее видимой.

Урок, который все страны могут вынести из текущего кризиса, – не стоит увеличивать размер правительств. Качественное правительство имеет ограниченную власть, но четкие границы полномочий. Чиновники должны иметь автономию, способность тестировать свои суждения. А государство должно находить умных людей, которые стремятся служить своей стране и завоевывать уважение за это.

Десять уроков для мира после пандемии, автор Фарид Закария | Kyivstar Business Hub, изображение №2

Урок 3.
Рынков недостаточно

Западный мир меняется в направлении, которое кажется неожиданным: 43% американцев, опрошенных в рамках исследования Gallup в мае 2019 года, считают, что «определенная форма социализма» пошла бы на пользу стране. В 1942-м таких было только 25%. Закария утверждает, что это похоже на тихую революцию: страна, которая определяла себя через капитализм, сейчас готова принять полярную идеологию. И пандемия лишь усугубила этот тренд.

Впрочем, понимание социализма тоже изменилось. Сенатор США Берни Сандерс, который выступает за социализм, считает страной мечты Данию, а не Кубу. Многие политики сочетают социалистические взгляды с поддержкой капитализма. Но это не отменяет того факта, что многие капиталистические табу уже разрушены. Предприниматели обсуждают идею универсального базового дохода, а политики открыто называют себя социалистами. По мнению автора, это означает, что американский капитализм сам уже является поломанным.

Рынки помогают людям подниматься из нищеты, зарабатывать и обеспечивать себе достойный уровень жизни. Однако у капитализма есть и «встроенная» проблема: рынки всегда генерируют неравномерную отдачу. Предприниматель Питер Тиль, например, говорит откровенно: мечта любой компании – стать монополистом.

В то же время немалое количество людей, чья работа почетна, важна и необходима для общества, капитализм практически не ценят. Закария убежден, что здесь кроется важный урок для нас: даже если рынки не вознаграждают таких людей, мы должны уважать их. А государству следует предпринимать меры, которые будут помогать обычным сотрудникам, а не крупному капиталу, и обеспечивать их навыками, необходимыми для глобальной конкуренции. Рынки – чрезвычайно мощны, но этого недостаточно.

Урок 4.
Люди должны слушать экспертов, а эксперты – людей

Пандемия продемонстрировала, насколько важно прислушиваться к экспертам. В некоторых странах политики игнорировали советы и прогнозы ученых, и это приводило к катастрофическим последствиям. Например, в Бразилии президент сначала отказывался считать Covid-19 более серьезным, чем простуда, заболеванием и открыто критиковал медицинских экспертов.

Но существует и обратная проблема: специалисты нередко доносят информацию или недостаточно четко, либо не совсем честно. И поэтому доверие к ним теряется. Например, когда в США была нехватка масок, некоторые чиновники убеждали, что маски не очень хорошо защищают обычных людей, и их лучше оставить для медицинского персонала – вместо того, чтобы честно коммуницировать причину. Госслужащие считали, что настоящие объяснения будут слишком сложными.

Получается замкнутый круг: элиты считают обычных людей не слишком умными и чувствуют свое превосходство. А люди не доверяют экспертам. Выход, по мнению автора, заключается в развитии эмпатии властьимущими: они должны больше думать о том, как выстраивать связь с народом, как удовлетворять его потребности.

Элиты считают обычных людей не слишком умными и чувствуют свое превосходство. А люди не доверяют экспертам

Урок 5.
Жизнь уже цифровая

Во время предыдущих пандемий сотрудники не могли оставить рабочие места, потому что у них не было альтернативы. Но сегодня мы уже живем в цифровом мире, поэтому некоторые сферы практически безболезненно перешли на удаленную работу. В последующие годы диджитализация продвинется гораздо дальше, чем видеоконференции и покупки онлайн.

Ранее у человечества было две экономики: материальная и цифровая. Но сейчас цифровая «съедает» материальную. Все больше компаний используют разнообразное программное обеспечение для увеличения прибыли или продают цифровые сервисы вместо физических товаров. Пандемия ускорила тренд перехода к цифровому миру, в частности, в торговле. По оценкам специалистов, в течение следующих 5 лет в США закроются почти 100 тыс. физических магазинов – втрое больше, чем во время кризиса 2007–2009 годов.

Что же касается будущего работы, то оно, скорее всего, за гибридными моделями. Скажем, большую часть времени люди будут работать дома, но собираться в офисах ради мозговых штурмов или важных встреч. В определенном смысле мы возвращаемся к далекому прошлому, когда большинство работало дома, а дети видели родителей не только в роли родителей, но и в роли сотрудников.

Развитие медицины, которое тоже ускорила пандемия, может пойти в новом направлении: вместо того, чтобы только лечить болезни, врачи сосредоточатся на профилактике. А это гораздо более эффективный путь к сохранению нашего здоровья.

Искусственный интеллект, роботы, автоматизация – все это, как показала пандемия, значительно ближе, чем нам казалось. И многих эти изменения пугают. Смартфон сейчас гораздо умнее любого человека. Но он все же не способен его заменить. Закария пишет, что переход к цифровой жизни может научить нас больше ценить то, что делает нас людьми.

Десять уроков для мира после пандемии, автор Фарид Закария | Kyivstar Business Hub, изображение №2

Урок 6.
Мы – социальные животные

Новые вирусы могут попадать от животных к людям довольно часто, но, чтобы вызвать пандемию, это должно происходить в специфической среде. Как показал опыт прошлого года, именно крупные города (в частности, Нью-Йорк) чаще всего становились эпицентром вспышек.

С приходом пандемии города изменились до неузнаваемости. Например, в Лондоне, когда он снял строгие ограничения, в пабе вас просили сообщить имя и номер телефона – на случай необходимости отследить и протестировать. Азиатские города экспериментировали с еще более строгими системами мониторинга через смартфоны.

Люди начали разъезжаться: например, с 1 марта по 1 мая 2020 года Нью-Йорк оставили 420 тыс. жителей. В богатых районах население уменьшилось на 40%. Значит ли это, что эпоха урбанизации завершилась, и дальше начнется обратный процесс?

Закария пишет, что города – это идеальный способ организации современной жизни: они позволяют людям знакомиться, общаться, работать, играть в одном и том же месте. Также города могут адаптироваться к вызовам и потребностям жителей. И даже цифровые технологии, способные создать альтернативы городскому стилю жизни, могут пойти ему на пользу. В городах проще заботиться о здоровье и экологии. Урбанистические зоны занимают лишь 3% планеты, в то же время в них проживает большинство населения Земли. Горожане имеют меньше детей и потребляют меньше ресурсов. Даже загрязнение атмосферы иногда больше за пределами городов, чем в них.

Эксперты утверждают, что урбанизация в развивающихся странах будет продолжаться. К 2030 году 80% мегагородов будут именно в таких странах. А вот в развитом мире урбанизация, похоже, достигла пика. В США в городах проживает 83% населения. Эта цифра может вырасти до 89% к 2050-му, но вряд ли будет увеличиваться в дальнейшем.

Однако будут меняться сами города: например, Париж планирует превратиться в «15-минутный город» (все, что нужно человеку в течение дня, должно быть расположено поблизости). Этот подход противоречит тому, что доминировал в прошлом: когда существовали промышленные, спальные, деловые районы и т.д. Вероятно, за Парижем последуют и другие города, пытаясь превратиться в скопление небольших сообществ.

Аристотель говорил, что люди могут реализовать себя только в городах, как пчелы могут существовать только в ульях. Вряд ли пандемия изменит человеческую природу – наоборот, временные локдауны вызовут у нас еще большее стремление к активной социальной жизни.

Переход к цифровой жизни может научить нас больше ценить то, что делает нас людьми

Урок 7.
Неравенство будет усиливаться

Пандемия должна была бы стать великим выравнивателем – ведь заболеть могут и бедные, и богатые. Однако случилось так, что она сделала бедных еще беднее. Ученые считают, что от 70 до 430 млн человек в мире вернутся к нищете в последующие несколько лет. А разница между самыми богатыми и самыми бедными на планете сейчас растет очень быстро.

Мир разделился на две части: ту, где есть хорошая система здравоохранения, и ту, где ее нет. Мы видим, что государства охотно открывают границы для граждан стран, взявших пандемию под контроль, и запрещают путешествия для других. Экзотические места для отдыха стремительно теряют популярность, ведь на первый план для путешественников выходит наличие качественной медицины. Таиланд, Филиппины, Мексика рискуют потерять 15–25% ВВП, которые обеспечивал туризм.

Закария говорит, что людям нужно проявить креативность и придумывать новые способы устранения чрезмерного неравенства. Интересно, что страны, которые с пандемией справились лучше всего, имеют высокий уровень доверия: как между людьми, так и к институциям. А страны, где неравенства мало (например, Дания) имеют большой «социальный капитал», в котором доверие – ключевая составляющая.

Биполярности мира не избежать, но холодная война и другие подобные стратегии – это вопрос выбора

Урок 8.
Глобализация еще жива

В течение прошлого года можно было услышать прогнозы о том, что пандемия окончательно остановит глобализацию. Протесты против нее были и раньше, некоторые политики выступали против глобализации уже давно, но сейчас возникла ситуация, подтверждающая опасения многих: во взаимосвязанном мире вирус распространяется очень быстро, а цепочки поставок (в частности, медицинских товаров) ломаются. Противники глобализации говорят: мы настолько переплелись, что потеряли контроль над собственной судьбой.

Если посмотреть на цифры, то станет понятно: сокращение глобализации началось еще до пандемии. Экспорт (один из основных показателей глобализации) начал стремительно уменьшаться после 2008 года, а затем понемногу восстанавливался. Закария верит, что глобализация, которая началась в 1990-х и после 2008-го, сделала пару шагов назад, не закончилась. Она только брала небольшую паузу.

Отказ от глобализации не решит большие проблемы. Вместо этого государствам и компаниям следует работать над увеличением своей устойчивости. Например, правительствам следовало бы иметь достаточный запас стратегических товаров (в частности, медицинского назначения).

Стоит также учесть, что развитые страны, которые мы до сих пор называем индустриальными, – на самом деле являются постиндустриальными. Скажем, 70% ВВП Германии и США составляют сервисы, а не товары. Во Франции менее 10% ВВП генерируют производства. Развитые экономики сегодня – это сервисные экономики. А большинство сервисов сложно экспортировать (например, медицинские или юридические услуги).

Зато экспорт вполне возможен в цифровой сфере, которая по природе является глобальной. И именно она, вероятно, будет драйвером новой волны глобализации. Главное, чтобы само человечество не убило ее, например, противостоянием больших государств: Китая и США.

Урок 9.
Мир становится биполярным

Пандемия заставила американцев посмотреть на свою страну по-новому: никто не ожидал, что гигант может оказаться настолько беспомощным. В то же время Китай продемонстрировал способность взять ситуацию под контроль.

Конечно, США сумели сделать многое с начала пандемии и продолжают успешно решать многочисленные проблемы. Страна до сих пор остается крупнейшей экономикой мира, производя больше ценности, чем Китай и Япония вместе. Американская доля глобального ВВП росла на протяжении последних 10 лет, США смогли выйти из финансового кризиса быстрее, чем другие государства, и стать сильнее. Но власть США, по мнению автора, слабеет: стране все сложнее заставить других делать то, что она хочет. Например, в 1980-х Турция зависела от американской помощи и действовала так, как говорил Вашингтон. А сейчас ситуация радикально изменилась.

Китай, напротив, набирает силу, в первую очередь, благодаря экономическому росту, развитию науки и технологий. После холодной войны Китай отвечал за 2% глобального ВВП, сейчас – 16%. В Китае расположены 226 из 500 самых быстрых в мире компьютеров – вдвое больше, чем в США.

Автор пишет, что усиление Китая уже привело к поляризации международной системы. Для США этот конкурент является новым, уникальным вызовом, и еще неизвестно, как будет действовать страна. Однако Закария пишет, что каким бы напряженным ни стало противостояние США и Китая, оно будет происходить в новом мире: мощном и с большим количеством игроков. В нем мы не обязаны повторять прежние негативные шаблоны. Итак, хотя биполярности не избежать, холодная война и другие подобные стратегии – это вопрос выбора.

Урок 10.
Иногда лучшие реалисты – это идеалисты

По мнению автора, сейчас восстановление американского доминирования в мире невозможно. Слишком много новых сил возникло, и угомонить их вряд ли получится. Китай уже не позволит Америке вернуть прежнюю роль. В последние годы возникали новые институции, которые брали на себя немало полномочий. Например, Китай создал Азиатский инфраструктурный инвестиционный банк и помог основать Банк нового развития. Появились новые международные сети поставок, транзитные сети и т.д.

Европа может выйти из нынешнего кризиса сильнее и сплоченнее, с намерением играть собственную независимую роль в мире. Формирование новых и усиление имеющихся блоков демонстрирует: хотя мир и не является многополярным, но в нем много игроков. Умные лидеры осознают, что одна страна не способна достичь значительных результатов, даже если это Китай или США.

У такой системы есть немало преимуществ. В частности, она может помочь демократии стать лучше и эффективнее решать общие проблемы вроде пандемий и глобального потепления. И это не идеализм, а рациональная надежда

Скачать обзор:
kmbs
Интеллектуальный партнер проекта Digest