Дэвид Эпштейн
Диапазон: почему генералисты побеждают в мире специализации
08.10.2019
рекомендует
Издатель: Riverhead Books, Год выпуска 2019

Диапазон: почему генералисты побеждают в мире специализации

Рейтинги:

 Автор бизнес-бестселлеров Дэниел Пинк называет эту книгу обязательной для всех, кому нужно повысить эффективность

 Издание рекомендует Малкольм Гладуэлл, автор бестселлера «Переломный момент»

 Вошла в список лучших книг 2019 года по версии The Oprah Magazine

Об авторе:

Дэвид Эпштейн – журналист-исследователь, автор книги «Спортивный ген», ставшей бестселлером The New York Times.

Рекомендовано Киево-Могилянской Бизнес-Школой
Авторы
Дэвид Эпштейн
Дата обзора
08 октября 2019
Слушайте обзор
0:00 0:00
806

Основная идея

Мы привыкли считать, что любой, кто хочет развить навык, должен начать как можно раньше, сфокусироваться на чем-то одном и тренироваться как можно больше. А если вы не спешите, то никогда не догоните людей, у которых есть преимущество раннего старта. Но более пристальный взгляд на лучших в мире специалистов – от профессиональных спортсменов до нобелевских лауреатов – показывает, что часто все происходит иначе.

Разнообразие и поздняя специализация

Большинство из нас верит, что успех определяется объемом сознательно прилагаемых усилий. Чем больше мы практикуемся, тем большего прогресса добьемся. Это касается многих сфер жизни, например спорта или музыки. Чем раньше ребенок начнет практиковаться, тем большего сможет добиться в жизни, уверены мы. И чем сложнее и конкурентнее становится мир вокруг нас, тем более узкоспециализированными мы должны становиться (и, конечно, тем раньше начинать), чтобы не остаться за бортом. Логика подсказывает нам: если мы будем лучшими в своем деле, то всегда останемся востребованными.

Кажется, что мир подтверждает подобные выводы. Например, онкологи теперь специализируются не на лечении рака в целом, а на определенных органах, которых может затронуть эта болезнь. Однако экстраполировать такой способ на другие сферы получается не всегда. Скажем, на последних летних Олимпийских играх Великобритания добилась огромных успехов после десятилетних посредственных результатов. И причина этого – в государственной программе, которая стимулировала взрослых людей попробовать себя в разных видах спорта и была предназначена для того, чтобы создать резерв из тех, кто начинает поздно, но имеет потенциал.

Ученые исследовали, как происходило становление представителей спортивной элиты. Оказалось, что, хотя на пике своей формы эти атлеты тренируются больше, чем их менее выдающиеся коллеги, так было не всегда. В среднем на протяжении пути становления чемпионы посвящали меньше времени практике в том, в чем они в конечном итоге преуспели. Кроме того, они проходили так называемый пробный период – пробовали себя в различных видах спорта, получали разнообразный опыт, узнавали о своих способностях в разных сферах – и только потом фокусировались на чем-то одном. Одно из подобных исследований получило название «Поздняя специализация как ключ к успеху».

Автор книги утверждает, что когда он впервые написал о своих находках, то столкнулся с отрицанием. «Может быть, для каких-то видов спорта это и правда, но уж точно не для нашего», – говорили спортсмены и их фанаты. Однако если посмотреть внимательно даже на самые популярные в мире виды спорта, то окажется, что сказанное выше справедливо и для них. Например, для футбола. В 2014 году немецкие ученые опубликовали результаты исследования, которые гласили: члены их национальной сборной, которые выиграли чемпионат мира по футболу, были в основном представителями «поздней специализации». До 22 лет (или даже позднее) они играли в футбол не больше, чем игроки-аматоры.

Range_20_rus

Если внимательно присмотреться, то среди известных личностей мы увидим множество примеров пользы ранней диверсификации и поздней специализации. Так, чешская спортсменка Эстер Ледецка стала первой женщиной, которая выиграла золотую медаль в двух видах спорта (горнолыжном и сноубординге) на одних и тех же зимних Олимпийских играх. В юности она пробовала себя в множестве видов спорта, в том числе пляжном волейболе и серфинге, и никогда не стремилась во что бы то ни стало выиграть подростковые соревнования. А украинский боксер Василий Ломаченко поставил рекорд по наименьшему количеству боев, которое нужно для завоевания мировых титулов сразу в трех весовых категориях. В прошлом он испытал себя в гимнастике, баскетболе, футболе, теннисе и даже четыре года занимался танцами. И именно в таком разнообразии он видит причину своего успеха.

Заблуждения о специализации и успехе

Чем может быть опасна узкая специализация без предшествующей ей диверсификации? Одна из возможных проблем возникает, когда признанный эксперт начинает мыслить настолько узко, что приобретение нового опыта делает его не лучше, но хуже. А в сочетании с растущей уверенностью в себе получается и вовсе «взрывоопасная смесь». Скажем, узкие специалисты в сфере медицины часто используют подход «если у тебя есть молоток, все вокруг выглядит, как гвоздь». Например, кардиологи могут слишком часто применять стенты даже там, где это не нужно или даже опасно.

То, что часто кажется нам эффективным, на самом деле таковым не является. Например, исследования показывают, что медленное обучение позволяет знаниям по-настоящему закрепляться. Однако при этом прогресс будет казаться скромным, а тесты могут показать низкие результаты.


Range_23_rus

Многие люди считают, что начинать новое дело в среднем возрасте – не лучшая идея. Марк Цукерберг как-то сказал: «Молодые люди просто умнее». Однако статистика опровергает это утверждение. 50-летний основатель технологической компании имеет шансы в два раза выше на громкий успех своего дела, чем 30-летний. А у 30-летнего вероятность прорыва выше, чем у 20-летнего. Американские ученые подсчитали, что средний возраст основателя наиболее быстрорастущих стартапов составлял 45 лет на момент запуска.

Опыт и обучение

Психолог Гарри Клейн первым предложил модель «натуралистического» принятия решений, которая основывается на том, что эксперты в разных областях весьма похожи на игроков в шахматы: они инстинктивно распознают знакомые шаблоны и действуют в соответствии со своим опытом. Гранд-мастера игры, по уверению Гарри Каспарова, делают ход, который возникает у них в голове в первые же секунды после изменения ситуации на доске. Клейн утверждал, что 80% решений пожарных принимаются точно так же. Годы опыта приводят к тому, что мы видим знакомые ситуации и уже знаем, как нужно поступить.

Казалось бы, ответ найден: чем больше опыта у человека, тем быстрее и эффективнее он будет действовать. Однако коллега Клейна Дэниел Канеман обнаружил, что все не так просто: огромный опыт часто не помогает людям усовершенствовать навыки, но зато может увеличивать самоуверенность и вести к ошибкам. По его мнению, в тех сферах, которые включают человеческое поведение и где шаблоны могут варьироваться, повторение одних и тех же действий не приводит к обучению. Шахматы, гольф, тушение пожаров – это исключение из правил, но не правило.

Позже Клейн и Канеман опубликовали общую работу, в которой пришли к следующему выводу: решающее значение имеет сфера деятельности, в которой человек приобретает опыт. Поэтому утверждения об игроках в шахматы, покер или пожарных не могут предсказать характер финансовых, политических и других трендов.

Сферы, которые изучал Клейн, являются так называемыми мягкими обучающими средами. В них шаблоны повторяются снова и снова, обратная связь предоставляется быстро, и она точна. В гольфе или шахматах все подчиняется четким правилам, есть обозначенные границы, и одни и те же вызовы возникают опять. Поэтому игрок может посмотреть, каковы последствия его действий, сделать адекватные выводы и скорректировать стратегию, чтобы получить лучшие результаты. Именно о таких сферах идет речь, когда мы слышим о правиле 10 тысяч часов, необходимых для приобретения мастерства. В этих же сферах ранняя специализация и постоянная практика действительно может пойти на пользу и стать предвестником успеха.

Нам кажется, что если будем лучшими в своем деле, то всегда останемся востребованными, – но это справедливо не для всех сфер

Канеман сосредоточился на сферах, которые можно назвать сложными. Правила игры в них не являются полными и заданными жестко, раз и навсегда. Шаблоны в них могут не повторяться или не быть столь же очевидными, как в мягких обучающих средах. А обратная связь – предоставляться с задержкой, быть неточной или и то, и другое одновременно. В таких сферах практика не обязательно приводит к совершенствованию. Скажем, в приемном покое скорой помощи докторам и медсестрам нужно находить иные способы обучаться, кроме повторения одних и тех же действий по шаблонам. И то же самое справедливо для бизнеса.

Целое и частное

Автор рассказывает об интересном явлении – эффекте Флинна, который был задокументирован в более чем 30 странах. Он заключается в том, что количество правильных ответов на IQ-тесты возрастает с каждым поколением, в среднем на три балла за каждые 10 лет. Если человек, получивший среднюю оценку сегодня, прошел бы такой тест столетие назад, то его результат превзошел бы результаты 98% испытуемых. Еще сильнее выросла наша способность справляться с заданиями на абстрактное мышление, например с поиском общего между двумя понятиями или тестом прогрессивных матриц Равена.

Джеймс Флинн, который заметил эти изменения, сделал вывод: сегодняшние дети гораздо лучше предыдущих поколений умеют решать задачи без предшествующего обучения методологии того, как это делать. Они в большей степени способны извлекать шаблоны и подмечать законы, когда они не были заранее заданы. Интересно, что даже в странах, где наблюдается снижение интеллектуальных и вербальных способностей, дети проходят тест Равена гораздо успешнее, чем их бабушки и дедушки.

В чем же причина? Культура, в которой мы растем, влияет на нас даже в тех сферах, которые незаметны глазу. Пример – известная иллюзия Эббингауза (рис. 1). Если, посмотрев на нее, вы сказали, что правый черный круг больше, чем левый, то, скорее всего, вы живете в индустриально развитом обществе. Жители отдаленных деревень скажут, что черные круги имеют одинаковый размер – и будут правы. Ученые объясняют этот феномен тем, что современные люди впитывают холистический подход, а отсталые племена – еще нет. Другими словами, если в прошлом люди не видели леса за деревьями, то мы не видим деревьев за лесом.

Range_22_rus

Сегодня мы смотрим на мир через призму науки. Вместо того чтобы полагаться на собственные ощущения и непосредственный опыт, мы опираемся на схемы, абстрактные концепции и пытаемся понять, как части информации соотносятся одна с другой, укладываясь в целостную картинку. Мы выросли в мире, где все построено на классификациях и схемах. Сталкиваясь с чем-то, мы относим его к определенному классу и автоматически наделяем целым комплексом характеристик.

Это отражается даже в нашей речи. К примеру, в 1900 году слово «процент» практически отсутствовало в книгах, а в 2000-м оно встречается как минимум один раз на каждые пять тысяч слов. Программирование было бы невозможным без уровней абстракции. Юристы рассматривают, как один прецедент можно применить к другим делам, выдвигая гипотетические аргументы и представляя, что им ответит оппонент. Работа в современных условиях требует трансфера знаний из одной сферы в другую, и гибкие концептуальные схемы помогают это сделать. Без абстрактного мышления жить в нынешнем мире было бы чрезвычайно сложно.

Люди из удаленных от цивилизации деревень верят, что завтра вещи будут такими же, как вчера. Они хорошо подготовлены к реагированию на события, с которыми уже сталкивались, и плохо подготовлены к другим. Их мышление можно считать очень специализированным. Они отлично приспособлены к тому, чтобы обучаться на основе полученного опыта, и не умеют обучаться, не получая опыта.

Однако именно такого обучения требует мир сейчас. От нас требуется умение связывать разные идеи и применять знания к новым областям деятельности, работать в разных контекстах. Поэтому мы реже теряемся, попав в новые обстоятельства. А лучше всего это получается у тех, кто пробовал себя в разных сферах (например, тренировался в различных видах спорта), диверсифицировал свои усилия.

Позитивное переключение

История знает немало примеров, когда люди пробовали себя в чем-то одном, терпели неудачу и переключались на другое, достигая там головокружительного успеха. Несмотря на поздний старт, им удавалось превзойти тех, кто начинал гораздо раньше. Скажем, Джоан Роулинг стала известной писательницей после работы учительницей. Автор утверждает, что поздний старт и переключение на другую деятельность является одной из причин успеха в таких историях.

Стивен Левитт, экономист и соавтор книги «Фрикономика», предложил своим читателям эксперимент: на сайте можно было подбросить виртуальную монету, чтобы принять решение, изменять ли свою жизнь. Через шесть месяцев оказалось, что те люди, которые после броска монеты все же поменяли работу, стали значительно счастливее, чем те, кто остался на прежнем месте.

Range_24_rus

По мнению Левитта, этот эксперимент доказал ошибочность «социальной мудрости» о том, что победители не бросают дело, а те, кто бросает, – не побеждает. Более того, Левитт считает, что один из самых ценных его навыков – это готовность отказаться от проекта или целой области исследований, если появится что-то получше.

Недавнее исследование Gallup сотрудников в 150 странах показало, что 85% из них либо не включены в работу, либо активно выключены из нее. Но, тем не менее, они не оставляют текущее место, попав в ловушку мышления. Ведь когда мы инвестируем время и силы во что-то, нам становится все сложнее с этим расстаться.

Конечно, настойчивость является ценным качеством во многих случаях. Однако идея о том, что смена интересов или перемещение фокуса на что-либо другое – это синоним неудачи, на самом деле вредит нам. В итоге мы можем оказаться в ловушке: выбрав что-то одно, мы вынуждены держаться за это всегда. И тем самым теряем шансы найти что-то, что подойдет нам гораздо лучше и в чем мы сможем по-настоящему преуспеть.

Отбросить опыт

Иногда для обучения нам требуется отказаться от своего опыта, от того, к чему мы привыкли. Причем иногда это буквально вопрос выживания. Психолог и эксперт по организационному поведению Карл Вейк заметил нечто необычное в смертях пожарных-десантников: они до последнего держались за свои инструменты, даже если могли выжить, бросив их. Исследуя разные трагедии, Вейк увидел, что группы опытных специалистов становятся негибкими под давлением обстоятельств и регрессируют, то есть возвращаются к тому, что они умеют и знают лучше всего. Для пожарных десантников символом этого были их инструменты. Бросить их означало бы забыть о том, кем являются пожарные.

«Бросить инструменты» – чрезвычайно сложная задача для профессионала в любой сфере. Ведь он повторял одни и те же действия настолько часто, что это поведение стало автоматическим и перестало восприниматься как связанное с определенной ситуацией. Однако если сделать то же самое в совершенно других обстоятельствах, можно получить плачевный итог.

Один из самых ценных навыков – это готовность отказаться от проекта или целой области исследований, если появится что-то получше

Компании и команды можно рассматривать как джаз-банд. Существуют какие-то общие основы («аккорды»), которые нужно освоить каждому сотруднику. Однако ими можно пренебречь, переосмыслить их или использовать по-другому (либо в другом порядке), если группа столкнется с необычным вызовом. И это справедливо для всех инструментов, даже для «священных» или тех, что воспринимаются как должное и не ставятся под сомнение.

Кроме того, когда мы фокусируемся на своем любимом инструменте, то рискуем начать применять его везде, где нужно и где это излишне. Однако в жизни не существует суперключа, который открывал бы все двери. Поэтому вместо того чтобы держаться за один инструмент, стоит собирать целую коллекцию, и это поможет нам использовать силу всего диапазона своих возможностей и добиться многого.

Автор не считает, что специализация – это нечто плохое. Все мы являемся специалистами в разных сферах в той или иной степени. Однако это не означает, что узкая специализация может защитить нас от вызовов переменчивого мира. Эксперименты и диверсификация своих усилий – не пустая трата времени, а способ расширить свой диапазон, чтобы затем найти себя в чем-то или создать нечто выдающееся.

806
kmbs
Интеллектуальный партнер проекта Digest